MACHINERY CHEKHOV
Matei Vișniec
Translation from French by Anastasia Starostina
The premiere took place
2 March 2024
3 h 15
with intermission
For the 90th Anniversary of the A.P. Chekhov State Russian Drama Theater
In its anniversary year, the Chekhov Theater is accomplishing the impossible: resurrecting Anton Pavlovich Chekhov and bringing his characters to life. All of them will appear on stage simultaneously to confront their creator.
Imagine you’re a character in a play. Suddenly, you find yourself face to face with your author. What will you say? Do you have anything to thank him for? Or something to reproach him for? Or perhaps you should simply dissect the writer’s body and soul?
Петру Вуткэрэу: “Нет конца этим страданиям человеческим…”
Интервью народного артиста РМ, режиссера спектакля «Машинерия Чехов» о восприятии творчества Антона Чехова, о драматургии Матея Вишнека и о работе с актерами Театра Чехова.
PRODUCTION GROUP
Director: Petru Vutcărău
Scenography and costumes: Stela Verebceanu
Composer: Jacques Coutureau
DISTRIBUTION
Chekhov Anton Pavlovich — Роман Малай
Passerby — Юрий Андрющенко
Lopakhin Ermolai Alekseevich — Николай Незлученко
Old nanny Anfisa — Людмила Колохина / Альбина Самарцева
Old footman Firs — Александр Васильев
Arkadina Irina Nikolaevna — Вера Марьянчик
Treplev Konstantin Gavrilovich — Виталий Павлюков
Tuzenbakh Nikolay Lvovich — Виталий Павлюков
Solenyi Vasily Vasilyevich — Арчил Иоселиани
Three sisters:
Olga — Наталья Корнигруца
Masha — Марианна Дроздова
Irina — Ирина Тарасюк
Doctors:
Chebutykin Ivan Romanovich — Дмитрий Коев
Astrov Mikhail Lvovich — Денис Перев
Anna Petrovna (Sarah) — Инна Хоненко
Lyubov Andreevna Ranevskaya — Раиса Хаит
Voinitsky Ivan Petrovich (Uncle Vanya) — Геннадий Бояркин
Serebryakov Alexander Vladimirovich — Александр Васильев
Casino croupier — Денис Перев
Soul — Анна Горячка
Grisha, Ranevskaya’s drowned son — Anthony Semin
Assistant director: Liubovi Danalachi / Denis Perev
Четыре чеховские пьесы – «Вишневый сад», «Чайка», «Дядя Ваня», «Три сестры», каждая со своими персонажами, предстают в театральном видении Матея Вишнека. Это восхитительный эксперимент, когда одного автора перечитывает и «переписывает» другой, причем тот, кто «переписывает», уже давно сам громкое мировое имя. Четыре пьесы сложились в драматургическую матрицу. Пьеса, созданная из пьес, превратилась в необыкновенный чеховский пазл. И Петру Вуткэрэу понимает, как, используя тонкие оттенки, превратить это в уникальный актерский результат…
Актеры создали поразительный, невероятно артистичный, «громкий» спектакль. А режиссер Петру Вуткэрэу вновь доказал, насколько исключительны его театральные работы. «Машинерия Чехов» Матея Вишнека, безусловно, образцовое театральное событие этой весны.
Мария Пилкин, писатель, критик
Сценография и костюмы Стеллы Веребчану весьма убедительны и создают атмосферу ирреальной красоты. Прозрачные ткани, шлейфы, шарфы подчеркивают бережную деликатность, с которой творцы постановки относятся к творчеству великого русского драматурга. Он нужен нам сегодня как близкий друг, искренний собеседник, умеющий повеселиться на собственных поминках.
…Черный юмор, поэтическая меланхолия, ирония, сарказм и нежнейшая человечность органично переплетаются в «Машинерии-2024», с чем однозначно поздравляем Петру Вуткэрэу и актеров чеховской труппы. Они потрудились на славу, вложив в спектакль все силы и любящую душу, придав «Машинерии» нежность и сердечность, которых нам так сегодня не хватает!
Елена Узун, критик
Спектакль-размышление, с серьезными посланиями, с монологами, которые режут по живому. Сценография и костюмы просто великолепны. Снимаю шляпу перед Стеллой Веребчану за ее талант передать в свойственной только ей особой манере каждую пьесу машинерии Чехова.
Анна Раку, депутат Парламента РМ
Петру Вуткэрэу – непревзойдённый мастер режиссуры со своим уникальным видением литературного материала, неисчерпаемой фантазией и безупречным артистическим вкусом. Пьеса заставляет зрителя задуматься о важных вещах, о смысле жизни и творчества. Надеюсь, спектакль займет достойное место в репертуаре театра. Спасибо!
Юрий Махович, пианист
…выделю очень продуманную сценографию. Свет, реквизит, костюмы, звук… Что говорить, когда вся сцена покрыта песком, и все актеры — босиком, а у Прохожего и ноги уже в крови, а он всё идет, и идет!.. И песок на сцене, оказывается, тоже актер, и как он сыграет в финальной схватке со смертью, когда заранее понятно, что та проиграна.
Ювелирно выстроенные мизансцены, логически безупречные смены актов, по нарастающей, от полусумбура до настоящего туберкулезного бреда и до агонии, но и агония — совсем не конец, а лишь эпизод, ведь впереди, после реальной смерти Автора, — еще будет и миллион спектаклей, и миллиард оваций.
В общем, есть, о чем подумать, что помыслить и местами переосмыслить. Хороший спектакль, что и говорить.
Иван Святченко, журналист
Я обратила внимание, что актеры театра Чехова всегда раскрываются по-новому, когда приходит на постановку режиссер с другой эстетикой. До сих пор вспоминаю «Страсти по Андрею» (по чеховской «Палате №6», его поставил лет 20 назад тот же Вуткэрэу). Или, скажем, «Бал Господень», его поставил Сильвиу Фусу, и спектакль идет уже тоже второй десяток лет, если не больше. Вот этот микс русской театральной школы и западной эстетики… дает очень интересные плоды, на мой взгляд. По крайней мере, о спектаклях спорят, равнодушных нет.
Как известно, каждый видит в произведении искусства что-то свое, и замысел автора (если говорим о спектакле, то авторов) может вообще не совпадать с тем, что видит зритель. Я увидела то, что мне сейчас интересно, в данный момент жизни: ответственность автора за своих героев. Вот Чехова физически нет на этом свете, а его герои все еще живут на сотнях сцен мира и страдают по воле автора, и все их надежды, страдания, жизни — прах (песок на сцене).
Юлия Семенова, журналист
