Пегий пёс, бегущий краем моря

ПЕГИЙ ПЁС, БЕГУЩИЙ КРАЕМ МОРЯ

Чингиз Айтматов, драма
инсценировка Линаса Мариюса Зайкаускаса
Премьера состоялась
17 февраля 2023

2 h 30

с антрактом

Повесть «Пегий пёс, бегущий краем моря» – это одно из лучших произведений Чингиза Айтматова, рассказывающая о жизни нивхов, малочисленного народа Севера. Она, как и сам спектакль – одновременно поэтичная и страшная, красивая и жестокая, будоражащая, противоречивая, неоднозначная…

Главные герои – смелые рыбаки и охотники — старик Орган и двое братьев Мылгун и Эмрайин выходят в море на охоту из бухты Пегого пса. С ними впервые отравляется 11-летний мальчик Кириск. Для мальчика это по сути обряд посвящения в охотники. Но Кириск ещё не знает, что этот радостный день обернётся для него долгим и трудным испытанием, в котором человеческая сила и мужество вступят в противостояние со слепой жестокостью могущественной стихии. В этой поездке ему предстоит расстаться с детством и вернуться к матери абсолютно другим – добытчиком, кормильцем, охотником, мужчиной, главой рода…

Это притча общечеловеческая, в ней любовь, страх, жертвенность, борьба, это история о человеке и смерти. Поэтичный, полный метафор язык повествования Чингиза Айтматова не даст шанс зрителю остаться в мире реальном.

ПОСТАНОВОЧНАЯ ГРУППА

Режиссер и музыкальное оформление: Линас Мариюс Зайкаускас

Сценография и художник по костюмам: Маргарита Мисюкова

Видеопроекция: Арсений Мисюков, Геннадий Бояркин, Ольга Бояркина-Косницер, Ирина Тарасюк

Кириск, мальчик — Анна Горячка

Эмрайин, отец — Николай Незлученко

Мылгун, дядя — Виталий Павлюков

Орган, дед — Денис Перев

Рассказчик — Вера Марьянчик, Мастер искусств РМ

Мать — Алина Гриневич

Музлук — Екатерина Браусова

Рыба-женщина — Алина Гриневич

Женщины — Екатерина Браусова, Ирина Тарасюк, Алина Гриневич, Екатерина Болдеску

Мужчины — Дмитрий Харет, Артем Гончаров

Оператор — Даниел Мунтян

Спектакль ведут: Любовь Даналаки / Денис Перев

Рецензия, Иван Пилкин, писатель, заместитель председателя Союза писателей Молдовы

Премьера спектакля «Пегий пёс, бегущий краем моря» – очень эмоциональная, наполненная жизнью, искренняя, по-настоящему человечная и технически изобретательная сценическая постановка по мотивам одноименной повести Чингиза Айтматова.
Исключительность этого спектакля на русском языке, как события на культурной карте молдавской столицы, заключается уже в том, что поставил его литовский театральный режиссер Линас Зайкаускас по тексту киргизского писателя о малочисленном северном народе нивхов, органично при этом поместив в структуру сценического действия кадры из одноименной экранизации повести, снятой армянским кинорежиссером Кареном Геворкяном. Эта культурная многослойность, многополярность, многогранность и многоголосие идентичностей, их сплетение в одно целое является, как мне кажется, важнейшей эстетической и этической основной спектакля. С другой стороны, это рассказ о человеке вообще, об универсальных проявлениях человеческого бытия, позволяющих зрителю узнать себя в персонажах пьесы, соотнести себя с их физическими и психологическими состояниями, способами вести диалог с миром и себе подобными, заново открыть для себя собственное, проживаемое индивидуально, время и пространство.
Центральный персонаж пьесы – мальчик Кириск, роль которого с большой убедительностью, чистотой и непосредственностью сыграла Анна Горячка. Выйти впервые в море вместе с опытными охотниками для Кириска – своего рода посвящение в клан охотников и одновременно способ вобрать в себя вековую память и опыт своего народа через соприкосновение с его космогоническими и тотемными мифами, представлениями об этногенезе, знаниями о природе и даже с фантазмами архаичного эротизма. И речь тут идет не только об открытии и осознании мира в его полноте, противоречивости и сложности. Главное тут, кажется, в том, что в каждом из нас мир как бы создается заново, обретает завершенность и устойчивость благодаря преемственности памяти и преемственности жизни.
 
Вообще, все действие пьесы разворачивается как бы в пространстве мифа, притчевой условности и сказочной символичности. Условность представления подчеркивается всеми возможными способами: прерыванием игры актеров неожиданным появлением рассказчицы (Вера Марьянчик), мастерским перенесением на большой экран видео-проекций из зала и со сцены (Даниел Мунтян), демонстративное использование технического инструментария, создающего эффекты «сотворяемого» на глазах у зрителей ветра, тумана, дождя (при помощи вентиляторов, генераторов дыма, ведер с водой), интерактивное подключение зрителей к «созданию» звездного неба с помощью фонариков на смартфонах (так, совершенно ненавязчиво, мы вдруг понимаем, что тоже являемся частью игры, обряда, театрализованного ритуала, который развивается на наших глазах).
Карта ключевых смыслов и образов спектакля также выстраивается согласно условной логике мифа, распадаясь на известные дихотомические пары: море – суша, небо – земля, женщины – мужчины, путь – ожидание, уход – возвращение, жизнь – смерть, жертва – спасение, коллективное бессознательное – индивидуальное самосознание, сплоченность – одиночество, диалог – молчание, страх – храбрость, реальность – сон.
 
Море – тоже условность. Это скорее лабиринт, пустыня, в которой затерялись охотники, окутанные непроницаемым туманом, лишенные спасительных ориентиров. Состояние дезориентации, жажда и голод, боль и страх, утрата близких людей и принятие жертвы становятся для Кириска точками экзистенциального перехода, необходимого взросления, ценой обретенного спасения: «Крепись. Если выдержишь, будешь великим охотником», говорили ему дед Орган (Денис Перев – харизматичный и состоявшийся охотник, ослепленный любовью к химеричной рыбе-женщине) и отец Эрмайин (Николай Незлученко, великолепно сыгравший неподдельную заботу о сыне, пылкую любовь к жене и страшную предсмертную агонию).
Поразительно, как, даже во власти стихии, персонажи продолжают вести диалог не только друг с другом и с самими собой, но и, что важнее, с окружающим их миром (стихией, природой). Это диалог любви и ненависти, ярости и отчаяния, восхищения и соперничества. Мощный, смелый, дерзкий и полный проклятий в адрес ветра монолог и последующее погружение в воду Мылгуна в исполнении Виталия Павлюкова буквально захватывает дыхание.
Кульминацией спектакля, на мой взгляд, является тот момент (для каждого, наверное, он свой), когда ты вдруг осознаешь, что, каким бы ни был туман густым, черным и непроглядным, какой бы ни была глубина отчаяния и страха, всегда остается место надежде на спасение, вере в смысл и прочность нитей, связывающих нас с жизнью, с теми, кого мы любим, кто любит нас, кто ждет нас на берегу и помогает выбраться из темноты бездны. В этом, думаю, предельно простая и такая необходимая нам именно сегодня правда, которую мы вновь открываем для себя в театре. Этой правдой жил легендарный Одиссей, кто «много и сердцем скорбел на морях, о спасенье заботясь». Эта правда спасла Измаила после схватки с Моби Диком (чтобы рассказать о нем миру). Примерно то же придавало сил старику Сантьяго в схватке с гигантским марлином.